botya (botya) wrote in 1957_anti,
botya
botya
1957_anti

Почему история всё-таки наука

Статья "Монархисты глазами трезвого человека" вызвала широкий отклик на разных интернет-площадках. В ходе её обсуждения сами монархисты раскрыли себя ещё больше, и теперь нам весьма очевидно, чем на самом деле является современный российский монархизм.

Наш ответ покоится на фундаменте уверенности, что историю, как и любые отрасли знаний, нужно рассматривать именно с научной точки зрения: систематизировать наблюдения, выяснять причинно-следственные связи, выдвигать и доказывать гипотезы, рассматривать объекты во всей их полноте, формулировать законы, повинуясь неизменному желанию выяснить Истину.




Кстати, название этой статьи совпадает с названием первой книги лидера нашего Движения Петра Григорьевича Балаева, который буквально вихрем ворвался со своей публицистикой в ряды сонного левого движения. Особенности его метода исследования истории нашей Родины со всей полнотой претендуют на научность: Пётр Григорьевич, оперативный сотрудник в прошлом, подходит к вопросу с точки зрения поиска доказательств, сообразуясь с тем, что выводы, сделанные в его работах, будут потом использованы на самом строгом суде. Нахождение таких доказательств, которые не будут разбиты любой критикой, любыми вопросами, и есть кратчайший путь к установлению Истины.

Что же монархисты? Внимательное изучение комментариев в разных социальных сетях, которые они оставляли после выхода вышеуказанной статьи, а также изучение открытых, публичных высказываний представителей этого лагеря вообще, привело нас к тому, что мы можем дать другое, совершенно заслуженное название этому направлению общественной мысли.

Монархисты - это постмодернисты.

Да, дорогой товарищ! Мы пишем "монархист", подразумеваем "постмодернист". Сейчас эти господа возмутятся: как так, ведь монархизм - это выражение крайнего консерватизма, движение за возвращение старых, проверенных столетиями славы практик, движение к той единственной Оси Времени, которая якобы связывает все времена (как написали в комментариях к другой нашей статье - про "Красного имперца" Сталина - "вечный архетип человечества, начиная с Неолитической революции"). И вдруг мы отождествляем это с непонятным, "бесовским", "развратным" философским движением, в основе которого лежит отрицание любой главенствующей идеи, роли, которое ставит на один уровень самые разные проявления человека и всё объявляет равным всему. Что общего может быть у сияющей монархической вертикали и вечного постмодернисткого карнавала?

Понять это тождество нам поможет, естественно, исторический материализм. Всем известны слова Маркса, что "...не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание" (К. Маркс. «К критике политической экономии». Предисловие). Исторический материализм, имея ввиду диалектический подход к рассмотрению истории, ставит себе задачу определить объективные законы развития общества. То есть связать факты истории в цепь причин и следствий, которая образует ту самую пресловутую спираль прогресса.

Напротив, постмодерн провозглашает крах больших нарративов, то есть попыток построить всеобщие теории, рассматривает весь мир как несвязанные с собой тексты, куски культурных кодов, которые каждый желающий может собирать в свои мозаики, как ему вздумается. Для русского читателя известен яркий представитель этого течения Виктор Пелевин, тексты которого цепляются за "старые" понятия (будь то Гражданская война в «Чапаеве и Пустоте» или шумерская религия в «Generation P»). В результате читатель получает яркую, интересную и совершенно нелогичную картинку. Но его читательская постмодернистская задача - не прийти к какой-то мысли и не сделать какие-то выводы, а потреблять продукт как он есть. Многочисленные высказывания сторонников монархической идеи как-раз и являются примером такой яркой и нелогичной мозаики.

В разговорах с монархистами, теми, кто позволил себе не скатываться на привычную ругань и хамство в адрес сторонников красной идеи, нам так и не удалось простроить логичную и непротиворечивую картину их желанного мира.

Первый нокдаун монархисты получают, когда слышат сомнения в возможности возврата в прошлое. Из истории мы знаем, как зарождался феодализм, как становились единовластные монархии по всему свету, как они постепенно уходили в прошлое. Но мы практически не знаем, за исключением временных откатов, случаев, чтобы то или иное общество всерьёз стало строить модель из своего прошлого. Таких фактов у нас на руках просто нет, и если монархистов спросят на суде истории, ответом будет лишь молчание.

Второй нокдаун монархисты получают, когда слышат вопрос о сословиях. В стане монархистов есть много людей, мечтающих о балах и поместьях и даже о праведной военной или гражданской службе на пользу Отечеству, но мы не сыщем кандидатов в крепостные или в отхожие. Возможно, партия современных монархистов хочет взять власть таким образом, чтобы превратить в крепостных или просто людей низшего сословия всех остальных, но встаёт вопрос о том, хотя ли другие такой судьбы, и какой крови будет стоить такое "возвращение к истокам".

Наконец, третий нокдаун, переходящий в уверенный нокаут, монархисты получают, когда пытаются разъяснить суть экономической модели, которая будет господствовать при возвращении монарха. Вопрос возврата к крепостничеству, как сказано выше, стоит под большим вопросом, да и то глубокое разделение труда, в результате которого достигается современный уровень развития цивилизации, предполагает крайне широкую кооперацию среди "низших сословий". Какое там прикрепление к хозяину!..

Однако, если мы рассмотрим другие типы устройства экономики, то быстро убедимся, что монарх не нужен ни при одном из них. Отдельные безумцы предлагают "Красного Монарха" (тот самый пресловутый "народный архетип Сталина"), другие люди пытаются рассмотреть буржуазное капиталистическое общество, во главе которого стоить Царь. У третьих вообще нет никаких мыслей о конкретике в сфере обращения труда и капитала, товаров и услуг. Если в государстве установится Правда (в лице наследующего власть человекобога, разумеется), то вдруг все яблони в стране начнут плодоносить французскими булками!

Нельзя сказать, что попытки подумать над устройством экономики при монархе в XXI веке не предпринимались вовсе. Из всех комментариев под нашей прошлой статьёй самым адекватным, если тут употребимо это определение, был такой, что в стране должен образоваться Национально Ориентированный Класс, люди, которым дорога будет Россия a priori, и вот он создаст такие условия, чтобы вся экономика работала на благо России. Ну а монарх в таком случае выступает мудрым арбитром и лицом нации, работающей на общий успех.

В книге «Третья Империя», которая несколько лет назад наделала в России немало шума, Михаил Юрьев построил весьма подробную картину квазимонархического государства. Там у него экономика, с одной стороны, достаточно крупна, чтобы разделение труда в ней достигло высокого уровня (вся планета поделена на 5 империй), с другой стороны, бизнесмены всегда находятся под присмотром представителей более высокого сословия служивых людей и верховного властителя, который имеет абсолютную власть (правда, только на срок 10 лет без права продления). Книга продавалась в России как антиутопия, что в полной мере отражает отношение образованных людей к данного рода построениям.

Таким образом, у монархистов нет ни то что годной к использованию экономической теории, но и мыслей, зачем она вообще нужна. Монархисты все как один опускают экономические предпосылки исторического процесса, акцентируясь только на собственно власти и её внешних проявлениях. Как сказал в комментариях один монархист (и эта точка зрения очень популярна), что Россия уже почти вышла в мировые лидеры по экономике, реформы Столыпина уже почти заработали, но большевистский саботаж и подлое поведение кузенов в Первую Мировую поставили крест на этих светлых планах. Другой монархист в комментариях высказал такую мысль: "Абсолютно точно доказано в учебниках по военному делу, что и русско-японскую и 1 мировую РИ выиграла бы (анализ экономического, людского и проч потенциалов)". То есть им рассматриваются некие "потенциалы" - территории, население - без чёткого представления, как это всё работает вместе в едином хозяйственно-экономическом комплексе.

Наконец, один профессиональный историк (правильнее писать "историк"), выступая на федеральном российском радио в рамках исторической передачи, высказался в том духе, что Первая мировая война "неожиданно случилась". Именно это слово - "случилась". Как случается дождь или деторождение у навозных мух. Историк половину передачи живописал отношения внутри родственных европейских (в т.ч. российской) царственных семей, а вторую половину передачи недоумевал, как так один кузен пошёл войной на двух других: они же писали друг другу письма, они же так легко переходили в общении с английского на немецкий и обратно на русский! Очевидно симпатизирующему монархической идее "историку" невдомёк, что паровоз истории уже давно ехал на другом топливе: противоречиях в интересах крупного, отчасти транснационального капитала. Что этому бездушному монстру до милых воспоминаний кузенов? И кузены стали убивать свои страны в бессмысленной с точки зрения милого монархического историка войне.

Как мы видим, у монархистов нет и, видимо, не может быть целостного взгляда на историю. Современная идея монархизма - это либо бантик сбоку у обыкновенной либерально-буржуазной идеи ("а давайте как в Англии!"), либо набор противоречащих друг другу картинок, которые были соединены вместе целиком и полностью исходя из эстетических чувств монархического мечтателя, а не в результате аналитической творческой работы и выводов, основанных на историческом материале.

Таким образом, господ монархистов мы окончательно зачисляем в когорту косплейщиков, людей, уходящих от действительности в выдуманные миры. Мы никак не можем причислить представителей этой идеи к серьёзным историческим движениям.

История всё-таки наука. В отличие от монархистов, которые во всех исторических событиях видят лишь чью-то добрую или злую волю, мы рассматриваем историю посредством исторического материализма, и тогда у неё появляется прогностическая сила - одно из непременных условий научности. Это доказал Владимир Ильич Ленин, полностью перевернувший (как кажется монархистам) ход истории, а на деле понявший её закономерности и не побоявшийся воспользоваться ими на благо всех людей.

"Энгельс умел еще в 1891 году указывать на "конкуренцию завоеваний", как на одну из важнейших отличительных черт внешней политики великих держав, а негодяи социал-шовинизма в 1914 - 1917 годах, когда именно эта конкуренция, обострившись во много раз, породила империалистскую войну, прикрывают защиту грабительских интересов "своей" буржуазии фразами о "защите отечества", об "обороне республики и революции" и т. под.!" (В.И.Ленин, «Государство и Революция»)

"Люди всегда были и всегда будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся за любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных классов" (В.И.Ленин, «Три источника и три составных части марксизма»).
Tags: монархизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 22 comments