May 20th, 2018

  • yarror

О «новой женщине» на Западе

Ни дня без классиков: А. М. Коллонтай

Как много Октябрь дал в смысле раскрепощения трудящейся женщины в Советском Союзе, это всем известно, ясно и неоспоримо. Но как отразился великий Октябрь в деле раскрепощения женщины в других, зарубежных буржуазных странах? Что дал он для создания типа «новой женщины», связанной с задачами и устремлениями рабочего класса?

Collapse )
Коллонтай, А. М. Избранные статьи и речи. М.: Политиздат, 1972 г. С. 235-236


Подписывайтесь на наш канал в Телеграм @1957anti!
Читайте свежие материалы на нашем сайте 1957anti.ru


Я
  • zucktm

Об исключении из Движения двух участников


В 5-ой роте Школы младших авиаспециалистов, куда я попал курсантом после призыва на срочную службу в СА, было 4 взвода. У нас в ШМАСе все роты были 4-х взводными. На момент моего призыва всеми взводами командовали младшие сержанты, они на полгода раньше моего призвались, остались в учебке замкомвзводов. Вообще командирами взводов у нас были офицеры-капитаны, но в реальности командовали замки.

Замком в 1-м взводе был москвич Мягкий (вот имя уже не помню), во 2-м сибиряк Саня Ковалев, в 3-м Олег Романюк из Ивано-Франковска, в 4-м, моем, Витька Широкий с Полтавщины.

Примерно недели через две после призыва меня ночью поднял дежурный по роте, сказал зайти в каптерку. Там меня на разборку ждали все замки роты. Сначала едва не подрались, потом выпили растворимого кофе за мир и дружбу. Поводом для разборки была смешная ситуация. Духи из армян, их человек 20 в роте было, решили почему-то, что я, такой же дух, как и они, в роте самый главный. Начали замков посылать к их армянской матери, заявляя, что пока Балаев не скажет, они ничего делать не будут.

Разобрались, посмеялись. Витька Широкий и Олег Романюк стали моими армейскими приятелями еще со времен духовства. Не то, чтобы мне наряды и работа полегче, поблажки, скорей, наоборот. Дежурным по роте – или в день учебных тревог, или в день проверок, или когда дежурный по части – самый вреднющий офицер. В караулах разводящим - на самые дальние посты. На работы – обязательно отправят старшим с кучей самых упёртых чурок (только в национализме меня не обвините, ради бога, за это слово. Это была реальность СА, а не мой национализм).

Но мы приятельствовали. В свободные часы, чаще ночью, конечно, в каптерке жарили картошку с тушенкой, бухали иногда, за жизнь разговаривали почти до подъема. Мои сослуживцы-однопризывники дружбу с замками воспринимали нормально, к слову. Поблажек по службе нет – нет претензий.

Каждые полгода из учебки в полки отправляли команды бывших курсантов. В ночь перед отправкой чурки традиционно пытались разобраться с сержантами за всё, что было… Традиционно эти разборки заканчивались тем, что с места разборки, ротного умывальника в казарме, чурки удирали через разбитые окна.

Мы тогда уже знали, что дружба народов в СССР закончится резней. Только дебил, если он служил в 80-е годы в СА, не мог этого не понимать.

Но даже в самом кошмарном сне нельзя было представить, что мы с хохлами Витькой Широким и Олегом Романюком будем жить в государствах, которые, фактически, находятся друг с другом в состоянии войны. Я, мордвин, Витька и Олег, хохлы – мы же все русскими были!


Collapse )


Автор - П. Балаев

Оригинал: http://1957anti.ru/publications/item/500-ob-isklyuchenii-iz-dvizheniya-dvukh-uchastnikov