December 13th, 2019

Оруэлл намекает

Краеугольный камень антисталинской истерии-так называемый большой террор 37 года. Для безмозглых почитателей Бронштейна-Троцкого это главный аргумент против нашего Верховного Главнокомандующего. И о жутчайших расстрелах эта сомнительная публика прочла в произведениях разной сволоты, типа Солженицина, Шаламова и прочих.

Но что худлит, АРХИВЫ вскрыты и там такое, что лучше их и не открывать было. Считается что не верить архивным материалам очень глупо, там правда истории и самой жизни. Комиссия Яковлева и Мемориал нырнули в страшные фонды и принесли на блюдечке ученому историку Земскову не менее страшные цифры, которые за ним, как попугаи, повторили другие историки разной степени учености, типа Ю. Жукова. Честно признаюсь, что верил в их писанину. И откуда у нас слепая вера "ученым"?

Могу предположить - в Союзе науку превозносили, наверное перебор вышел. Но мы люди простые, от сохи.

А троцкисты что ж? Штудируют Маркса, находя у него неправильность Сталинского социализма, "Преданную революцию" штудируют (я треть одолел - больше не смог, засыпал постоянно при чтении). Худлит троцкисткий есть импортный, например Оруэлл Джордж и его знаменитый антисоветский роман-1984. Сам прочитал пару раз, с удовольствием. Это конечно не тягомотина Бронштейна, с "Преданной революцией" по занудству может сравнится только писанина фюрера Адольфа.

И работает главный герой романа, Уинстон Смит, в Министерстве Правды. Большой специалист по фальсификации истории, но, конечно, против Ю.Жукова он пацан.

В начале произведения, аки библейский патриарх, Смит рождает чудо-богатыря-Товарища Огилви. Рождает и затем убивает свое чадо, как Тарас Бульба.

В трехлетнем возрасте товарищ Огилви отказался от всех игрушек, за исключением барабана, автомата и заводного вертолета. В шесть лет, на год раньше, чем предусмотрено правилами, в порядке исключения его приняли в Сыщики. Уже в девять лет он стал вожатым отряда. В одиннадцать донес в Полицию Мысли на своего дядю, который, как показалось товарищу Огилви из подслушанного разговора, высказал ряд преступных идей. В семнадцать он был уже районным организатором Молодежной Антисексуальной Лиги. В девятнадцать товарищ Огилви изобрел новую конструкцию ручной гранаты. Образец был одобрен Министерством Мира, и при первом же испытании эта граната убила тридцать одного евразийского военнопленного. А в двадцать три товарищ Огилви погиб в бою. Он летел на вертолете над Индийским океаном, имея при себе важные донесения. Вражеские реактивные самолеты атаковали его. Чтобы документы не попали в руки противника, товарищ Огилви привязал к телу тяжелый пулемет и выбросился в море. Такой смерти можно позавидовать, сказал Большой Брат. Далее Большой Брат добавил несколько слов относительно чистоты и целеустремленности жизни товарища Огилви. Он никогда не пил и не курил. Он никогда не отдыхал, за исключением одного часа, который ежедневно проводил в спортзале. И он дал обет безбрачия, полагая, что женитьба и заботы о семье несовместимы с круглосуточным выполнением своего долга. Товарищ Огилви. наконец, никогда ни о чем не говорил, кроме принципов Ангсоца, а целью жизни считал разгром евразийской армии и выявление шпионов, саботажников, преступников мысли и прочих изменников.

Очень похоже на биографию Берии в изложении поехавшей Елены Прудниковой. И вполне можно было добавить в житие святого Лаврентия тяжелый пулемет, например MG-34, трофей, лично добытый в рукопашной схватке с фрицами на Кавказе.

Работа Министерства Правды описана подробно. Конечно, Оруэлл критиковал Сталинскую Россию, но его методы фальсификации истории взяли на вооружение антисталинисты. Не хотите перечитать 1984, граждане троцкисты и все свидетели сталинских репрессий?

Подробно расписан механизм появления на свет «троек», наштамповавших мильены приговоров к ВМН.

Недавно на ютуб-канал Комрада Майора вылез Лост-Критик, корешок Майснера. И опять про репрессии, террор НКВД, правовой беспредел в 30-х годах. Нарыли все это, конечно, в архивах.


Позиция Майснера очень интересная, Реми с Жуковым разбирают Шаламова и Солженицина по главам и доказывают что их писанина - тупейшая брехня. Прекрасно, но архивной брехне предлагают верить безоговорочно, не иначе, исполняя приказы своих кураторов.
Снова откроем Оруэлла - «Кто контролирует прошлое, контролирует будущее….».

На канале «Стейшн Маркс» молодая красотка Тереза любит повторять, дескать, зачем вообще вникать в конфликт Сталина и Троцкого, главное объединится в одну организацию (Союз Марксистов) и заняться насущной классовой борьбой. Другой станционный марксист утверждает, что Сталин с Троцким были равновеликие революционеры…

Ага. Любил революцию Давидыч, не захотел остановиться на достигнутом в 1917, пятилетние планы это так скушно! И снова подпольные типографии, тайные организации противников Сталина и партии, незаконные демонстрации которые разгонял ОМОН того времени - конная милиция. А такие деяния при любой ОЭФ трактуются как преступления особо тяжкие.

Товарищ Сталин совершил большую ошибку, высылать Троцкого из Союза было нельзя. Лев Давидович сотоварищи совершил особо тяжких преступлений на 3-4 расстрела. И, конечно, московские процессы нужны были лет на десять раньше.

О недалеком прошлом, менее ста лет, не могут и не хотят договариваться люди, гордо именующие себя коммунистами. Как они смогут работать в одной организации? Не удивлюсь, если вскорости у них начнутся мегасрачи и расколы.

На сегодня, пожалуй, все, иностранная литература порой бывает душеполезным чтением. 

Оруэлл намекает

Классы и общество

Утопической мечтой для Германии является не радикальная революция, не общечеловеческая эмансипация, а, скорее, частичная, только политическая революция, — революция, оставляющая нетронутыми самые устои здания.

На чём основана частичная, только политическая революция? На том, что часть гражданского общества эмансипирует себя и достигает всеобщего господства, на том, что определённый класс, исходя из своего особого положения, предпринимает эмансипацию всего общества. Этот класс освобождает всё общество, но лишь в том случае, если предположить, что всё общество находится в положении этого класса, т. е. обладает, например, деньгами и образованием или может по желанию приобрести их.

Ни один класс гражданского общества не может сыграть эту роль, не возбудив на мгновение энтузиазма в себе и в массах. Это — тот момент, когда данный класс братается и сливается со всем обществом, когда его смешивают с обществом, воспринимают и признают в качестве его всеобщего представителя; тот момент, когда собственные притязания и права этого класса являются поистине правами и притязаниями самого общества, когда он действительно представляет собой социальный разум и социальное сердце. Лишь во имя всеобщих прав общества отдельный класс может притязать на всеобщее господство. Для завоевания этого положения освободителя, а следовательно, для политического использования всех сфер общества в интересах своей собственной сферы, недостаточно одной революционной энергии и духовного чувства собственного достоинства. Чтобы революция народа и эмансипация отдельного класса гражданского общества совпали друг с другом, чтобы одно сословие считалось сословием всего общества, — для этого, с другой стороны, все недостатки общества должны быть сосредоточены в каком-нибудь другом классе, для этого определённое сословие должно быть олицетворением общих препятствий, воплощением общей для всех преграды; для этого особая социальная сфера должна считаться общепризнанным преступлением в отношении всего общества, так что освобождение от этой сферы выступает в виде всеобщего самоосвобождения. Чтобы одно сословие было par excellence (по преимуществу) сословием-освободителем, для этого другое сословие должно быть, наоборот, явным сословием-поработителем. Отрицательно-всеобщее значение французского дворянства и французского духовенства обусловило собой положительно-всеобщее значение того класса, который непосредственно граничил с ними и противостоял им, — буржуазии.

К. Маркс. К КРИТИКЕ ГЕГЕЛЕВСКОЙ ФИЛОСОФИИ ПРАВА. // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. – М.: ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ, Издание второе, 1955. - Т.1. - С. 425-426.

Классы и общество