1957anti (1957anti) wrote in 1957_anti,
1957anti
1957anti
1957_anti

Categories:

Империализм в России, банки и предприятия

Продолжим нашу экскурсию по миру империалистических корпораций. Говорят, что эти любопытные зверьки  успели измениться, интересное предположение, но мы это проверим и сверим со старыми записями древних натуралистов.

Что подвигло государство отказаться от покупки товаров и услуг с биржи? Там же действует знаменитая рука рынка, цены всегда средние, все должно регулироваться законом спроса и предложения? Но у нас давно вместо бирж ввели пресловутые тендеры, которые могут рассматриваться месяцами? В чем дело?

Закон "О товарных биржах и биржевой торговле" признан утратившим силу

Базовый закон "Об организованных торгах" направлен на регулирование отношений, возникающих на организованных торгах на товарном и (или) финансовом рынках, установление требований к организаторам и участникам таких торгов, определение основ государственного регулирования деятельности по проведению организованных торгов и контроля за ее осуществлением.

https://ria.ru/20100810/263798193.html

Ответ дают нам старые наблюдения развития капитализма в империализм.

Смена старого капитализма, с господством свободной конкуренции, новым капитализмом, с господством монополии, выражается, между прочим, в падении значения биржи. «Биржа давно перестала быть, — пишет журнал «Банк», — необходимым посредником обращения, каким она была раньше, когда банки не могли ещё размещать большей части выпускаемых фондовых ценностей среди своих клиентов» **.

««Всякий банк есть биржа» — это современное изречение заключает в себе тем больше правды, чем крупнее банк, чем больше успехов делает концентрация в банковом деле» ***. «Если прежде, в 70-х годах, биржа, с её юношескими эксцессами» («тонкий» намёк на биржевой крах 1873 г. 20, на грюндерские скандалы 21 и пр.), «открывала эпоху индустриализации Германии, то в настоящее время банки и промышленность могут «справляться самостоятельно». Господство наших крупных банков над биржей… есть не что иное, как выражение полностью организованного немецкого промышленного государства. Если таким образом суживается область действия автоматически функционирующих экономических законов и чрезвычайно расширяется область сознательного регулирования через банки, то в связи с этим гигантски возрастает и народнохозяйственная ответственность немногих руководящих лиц», — так пишет немецкий профессор Шульце-Геверниц *, апологет немецкого империализма, авторитет для империалистов всех стран, старающийся затушевать «мелочь», именно, что это «сознательное регулирование» через банки состоит в обирании публики горсткою «полностью организованных» монополистов. Задача буржуазного профессора состоит не в раскрытии всей механики, не в разоблачении всех проделок банковых монополистов, а в прикрашивании их.

Точно так же и Риссер, ещё более авторитетный экономист и банковый «деятель», отделывается ничего не говорящими фразами по поводу фактов, отрицать которые невозможно: «биржа всё более теряет безусловно необходимое для всего хозяйства и для обращения ценных бумаг свойство быть не только самым точным измерительным инструментом, но и почти автоматически действующим регулятором экономических движений, стекающихся к ней» **.

Другими словами: старый капитализм, капитализм свободной конкуренции с безусловно необходимым для него регулятором, биржей, отходит в прошлое. Ему на смену пришёл новый капитализм, носящий на себе явные черты чего-то переходного, какой-то смеси свободной конкуренции с монополией. Естественно напрашивается вопрос, к чему «переходит» этот новейший капитализм, но поставить этот вопрос буржуазные учёные боятся.

«Империализм, как высшая стадия капитализма». Ленин

Введение тендеров это вынужденный шаг перехода России в империализм, теперь нет возможности отслеживать цены через биржи, ибо крупные компании легко там нарисуют нужные цены. А что месту брокера пропадать, ну раз оно там уже куплено? Мелкие фирмы такого баловства, как купить место на бирже для тендера, не могли себе финансово позволить. 

Ответ нашего правительства в условиях империализма - введение государственного регулирования. Ибо платить тройную цену, не всякое государство выдержит. Но госрегулирование идет в интересах не народа, а капиталистов из корпораций.

Помните что у нас некоторые стали утверждать, что 70% экономики косвенно принадлежит государству? Так вот это совершенно нормальный процесс при империализме.

«Тридцать лет тому назад свободно конкурирующие предприниматели выполняли 9/10 той экономической работы, которая не принадлежит к области физического труда «рабочих». В настоящее время чиновники выполняют 9/10 этой экономической умственной работы.

Банковое дело стоит во главе этого развития» *. Это признание Шульце-Геверница ещё и ещё раз упирается в вопрос о том, переходом к чему является новейший капитализм, капитализм в его империалистической стадии.

«Империализм, как высшая стадия капитализма» Ленин

Свободная конкуренция умирает и рынок начинает вроде бы подчиняться чиновникам государства, что позволяет некоторым думать, что если их убрать, то свободный рынок опять восстановится. Вынужден всех расстроить, этих чиновников начинают вводить и подчинять крупным капиталистам для работы в их интересах. Чиновников, которые работают в интересах народа, всячески унижают, сокращают и третируют, например как директора (теперь уже бывшего) московской школы № 113 Тубу Д.С.

Мало того, такой порядок вещей относительно чиновников очень выгоден империалистическим корпорациям, это экономно и нет риска репутационных потерь, неудобно ведь будет выглядеть, если Ротенберг будет собственной персоной собирать и контролировать налоги и сборы, замучаешься его по телевизору до бела отмывать. А так сидит вроде обычный чиновник на зарплате, который работает на государство и вроде даже на народ, но почему то большинство решений принимает в интересах империалистических корпораций, а от капиталистов ему шоколадки приходят, мелочь а приятно.  Хотя, если этих чиновников убрать, крупный капитал сразу поставит своих, например в Ост-Индийской компании до национализации убытков большинство чиновников, выполнявших государственные функции, было частным.

Заметили, что теперь почти все банки уже знаем на зубок? “Сбербанк”, “ВТБ”, “Газпромбанк” и т.д. Это нормальный империалистический процесс, банки укрупняются, поглощая мелочь.

Между немногими банками, которые в силу процесса концентрации остаются во главе всего капиталистического хозяйства, естественно всё больше намечается и усиливается стремление к монополистическому соглашению, к тресту банков. В Америке не девять, а два крупнейших банка, миллиардеров Рокфеллера и Моргана 22, господствуют над капиталом в 11 миллиардов марок **. В Германии отмеченное нами выше поглощение «Шафгаузенского союзного банка» «Учётным обществом» вызвало следующую оценку со стороны газеты биржевых интересов, «Франкфуртской Газеты» 23:

«С ростом концентрации банков суживается тот круг учреждений, к которому вообще можно обратиться за кредитом, в силу чего увеличивается зависимость крупной промышленности от немногих банковых групп. При тесной связи между промышленностью и миром финансистов, свобода движения промышленных обществ, нуждающихся в банковом капитале, оказывается стеснённою. Поэтому крупная промышленность смотрит на усиливающееся трестирование (объединение или превращение в тресты) банков со смешанными чувствами; в самом деле, уже неоднократно приходилось наблюдать зачатки известных соглашений между отдельными концернами крупных банков, соглашений, сводящихся к ограничению конкуренции» ***

«Империализм, как высшая стадия капитализма» Ленин

Некоторые подумают ну хрен с этим, пускай работают.

 

Но проблема в том что банкиры начинают знать уязвимости предприятий, когда у них на счету мало денег, чтобы толкнуть их в пропасть - потребовать немедленной уплаты по счетам, с отказом в кредите. После чего они скупают разорившиеся предприятия, что сейчас происходит повсеместно. Ничего личного - просто бизнес.

Опять и опять последнее слово в развитии банкового дела — монополия.

Что касается до тесной связи между банками и промышленностью, то именно в этой области едва ли не нагляднее всего сказывается новая роль банков. Если банк учитывает векселя данного предпринимателя,открывает для него текущий счёт и т. п., то эти операции, взятые в отдельности, ни на йоту не уменьшают самостоятельности этого предпринимателя, и банк не выходит из скромной роли посредника. Но если эти операции учащаются и упрочиваются, если банк «собирает» в свои руки громадных размеров капиталы, если ведение текущих счётов данного предприятия позволяет банку — а это так и бывает — всё детальнее и полнее узнавать экономическое положение его клиента, то в результате получается всё более полная зависимость промышленного капиталиста от банка.

Вместе с этим развивается, так сказать, личная уния банков с крупнейшими предприятиями промышленности и торговли, слияние тех и других посредством владения акциями, посредством вступления директоров банков в члены наблюдательных советов (или правлений) торгово-промышленных предприятий и обратно. Немецкий экономист Ейдэльс собрал подробнейшие данные об этом виде концентрации капиталов и предприятий. Шесть крупнейших берлинских банков были представлены через своих директоров в 344 промышленных обществах и через своих членов правления ещё в 407, итого в 751 обществе. В 289 обществах они имели либо по два члена наблюдательных советов либо места их председателей. Среди этих торгово-промышленных обществ мы встречаем самые разнообразные отрасли промышленности, и страховое дело, и пути сообщения, и рестораны, и театры, и художественную промышленность и пр. С другой стороны, в наблюдательных советах тех же шести банков был (в 1910 г.) 51 крупнейший промышленник, в том числе директор фирмы Крупп, гигантского пароходного общества «Hapag» (Hamburg — Amerika) и т. д. и т. п. Каждый из шести банков с 1895 по 1910 год участвовал в выпуске акций и облигаций для многих сотен промышленных обществ, именно: от 281 до 419 *.

«Империализм, как высшая стадия капитализма» Ленин 

Мало того часто наблюдается, когда бывший чиновник защищает интересы иностранных частных инвесторов.

Греф, Герман Оскарович

1998 год — член коллегии Министерства государственного имущества Российской Федерации. Первый заместитель Министра государственного имущества Российской Федерации.

С ноября 2007 года по настоящее время Греф — Президент, Председатель Правления Сбербанка России. Прежний глава банка Андрей Казьмин был переведён на работу в Почту России, что вызвало недовольство ведущих менеджеров банка, проголосовавших против Грефа[17][18]. В мае 2019 года акционеры ПАО «Сбербанк» переизбрали Грефа на четвёртый срок. Он будет занимать пост президента и председателя правления банка до 2023 года.[19]

С 2013 года Герман Греф является членом международного совета американского банка J. P. Morgan Chase, сменив на этом посту гендиректора госкорпорации «Роснано» Анатолия Чубайса.

Доля Центрального банка России в уставном капитале ПАО Сбербанк составляет 50 % плюс одна голосующая акция, в голосующих акциях — 52,32 %[32]. Остальными акционерами «Сбербанка» являются более 8273 юридических и физических лиц. Доля физических лиц в уставном капитале банка составляет около 2,84 %, а доля иностранных инвесторов — более 45 %

Здесь тоже ничего необычного, это давно наблюдается и в Америке, где чиновники из государства идут в частный бизнес и даже становится непонятно, где начинаются интересы империалистической корпорации, и где кончаются интересы государства.

Про то же явление рассказывают древние натуралисты.

«Личная уния» банков с промышленностью дополняется «личной унией» тех и других обществ

с правительством. «Места членов наблюдательных советов, — пишет Ейдэльс, — добровольно предоставляют лицам с громкими именами, а также бывшим чиновникам по государственной службе, которые могут доставить не мало облегчений (!!) при сношениях с властями»… «В наблюдательном совете крупного банка встречаешь обыкновенно члена парламента или члена берлинской городской Думы».

Выработка и разработка, так сказать, крупнокапиталистических монополий идёт, следовательно, на всех парах всеми «естественными» и «сверхъестественными» путями. Складывается систематически известное разделение труда между несколькими сотнями финансовых королей современного капиталистического общества:

«Империализм, как высшая стадия капитализма» Ленин

То же самое широкое использование империалистическими корпорациями чиновников для решения своих задач. Чиновники проталкивают интересы корпораций, а потом еще и контролируют их дела - двойная выгода: на подкуп меньше денег и прикормлен специалист высокого уровня.

Вывод

В связи с ростом размером империалистических корпораций, ориентироваться на биржи становится опасно, они становятся слишком зависимы от хотелок крупных игроков.

Банки укрупняются, но чем больше их размер, чем легче им захватить и подчинить  промышленность с помощью финансовых манипуляций.

Чиновники сращиваются с империалистическими корпорациями в открытую и получают возможность работать против государства, резко усиливая свою власть на государственной должности, опираясь на корпорацию. Оплачивает их банкет в итоге народ.

Подать заявку на вступление в Движение

Империализм в России, банки и предприятия

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 1 comment